Миф, что коммунистический режим, господствовавший в России с 1917 по 1991 гг., являлся «властью рабочих и крестьян» можно услышать до сих пор. Сторонники этого мифа, повторяя утверждения большевистской пропаганды, старательно игнорируют такие факты, как то, что ни к рабочим, ни к крестьянам подавляющее большинство захвативших власть в 1917 году революционеров отношения не имели никакого, а их политика спровоцировала идущие одно за другим антисоветские восстания и крестьян, и рабочих, в первые же дни после провозглашения «советской власти».
Что такое на деле большевистская диктатура пролетариата трудящиеся заводов узнали 5(18) января 1918 г., когда красноармейцы из пулемётов расстреляли рабочие демонстрации в поддержку Учредительного собрания в Москве и Петрограде. 9 и 10 мая того же года красные стреляли по безоружным рабочим Ижорского завода в Колпино, где начались волнения из-за отсутствия продовольствия. Прошедшие 14 мая похороны жертв Колпинского расстрела, несмотря на все попытки противодействия властей, собрали более тысячи человек - приехали представители всех заводов Петрограда и похороны превратились в массовую политическую акцию с требованиями увеличить хлебный паек, немедленно созвать Учредительное собрание, установить контроль над правительственными учреждениями, переизбрать Петросовет. Коммунисты ответили заявлением: «Советская власть всякие шествия и выступления будет рассматривать, как прямую помощь внешнему врагу и будет беспощадно их подавлять».

До лета 1918 г. антибольшевистские мятежи вспыхивали локально и быстро подавлялись большевистскими карателями. Начиная с июня месяца ситуация меняется - в этот момент набрало силу организованное сопротивление идейных противников советской власти в лице Белого движения, и этот фактор стимулирует измученных продразверсткой сельчан продолжать борьбу. Политика большевиков оставалась неизменной, и это провоцировало новые восстания, но теперь многие из них шли в орбите Белой борьбы - первоначальное обольщение крестьянства лозунгами красных рассеялось как морок, и взоры многих обратились к Добровольческой армии генерала Деникина и Донской армии атамана Краснова. Тем более, что от передвигавшихся по всей стране мешочников крестьяне знали, что на территориях, контролируемых Белыми, нет голода, никто не отбирает хлеб и не преследует свободную торговлю, частная собственность неприкосновенна и действуют понятные законы. На граничившем с Воронежской губернией Дону был порядок.

Красновцы продвигались вглубь Воронежской губернии. 20 августа (2 сентября) у села Старая Меловая казаки смяли красный заслон и захватили 2 орудия и 15 пулеметов. 26 августа (8 сентября) был освобожден Калач. 5(18) сентября донцы взяли Новохоперск.
На этом фоне в разных уголках губернии продолжаются крестьянские восстания.
В августе 1918 г. в слободе Пески Новохопёрского уезда местный отряд самообороны отказался выступить против наступающих донцов, захватил телеграф и окружил волсовет, где засело командование самообороны. Но на этом восстание и закончилось – повстанцы решили просто разойтись по домам, и вскоре были разоружены подоспевшими регулярными красными частями.
«В большом торговом селе Бутурлиновка было поднято восстание кулаков с казаками против советской власти», - пишет красный мемуарист. Другой вспоминал, что во Владимировке «кулаки открыто стояли за поддержку белых». В Ольховатке крестьяне разогнали сельсовет. Часть жителей слободы Колыбелка «во главе с попом села Шестакова вышли на помощь белым»8.
Восстания шли не только в прифронтовой полосе, но и прямо под Воронежем.